«Подключить организм к голове»: доктор Элькин — о том, как жить качественнее

«Подключить организм к голове»: доктор Элькин — о том, как жить качественнее

  • Post category:Красота

Многие пациенты приходят к Леониду Элькину — московскому «секретному доктору» — за банальным похудением, но в итоге открывают для себя много нового. Кто-то действительно теряет в объемах, а кто-то попутно избавляется от панических атак и тревожности, заново чувствует вкус к жизни и наполняется энергией.

Леонид Элькин не врач в привычном понимании. Он — велнес-специалист, эксперт по оздоровлению и омоложению с 20-летним стажем. Прежде Элькин работал хирургом-гинекологом, а затем освоил техники китайской медицины и соединил их с опытом медицины европейской. Как результат — запатентованный метод, который включает в себя мануальные практики, його- и психотерапию.

Верно ли, что вы не лечите людей, а занимаетесь, по сути, оздоровительными и омолаживающими практиками?

Да. Я ставлю перед собой и пациентом три задачи. Оздоровление организма — это первое. Омоложение организма за счет неиспользованных ресурсов пациента и возможностей врача — второе. И третье — это реконструкция тела и лица. Именно реконструкция, а не коррекция. Потому что тело по сути представляет собой биомассу, которую можно «перелепить».

Это правильно называть комплиментарной медициной, интегральной медициной? Еще как-то?

Неинвазивные практики — будем так говорить. Но ни в коем случае не лечение. При этом, допустим, бронхиальная астма, сахарный диабет, ревматизм, псориаз могут уходить в состояние ремиссии за счет того, что мы работаем с обменными процессами, влияем на гормональный фон, на ферментативную активность. Но ничего специального я в отношении этих болезней не делаю.

То есть профильного врача никто не отменяет при таких серьезных заболеваниях?

Разумеется. Профильный врач обязателен. Когда мне говорят, что пришли на лечение, я отвечаю: «Это не ко мне, я ничего не лечу». Я не буду брать человека, явно понимая, что не могу ему помочь. Вот приходят люди со слезами, онкологические больные: «Вы же берете онкологических больных». Я говорю: «Только когда человек прооперирован, после курса химиотерапии, болезни как таковой нет, онкологии нет уже». Если это документально подтверждено, я беру его в работу, для того чтобы…

Заняться реабилитацией?

Да. Его там прооперировали, а как жить — никто не знает. Тебе «убрали» болезнь, и все.

© пресс-служба

Давайте более подробно поговорим про ваш метод. Что это такое?

Он называется «мануальное моделирование лица и тела». Метод китайский, название латинское, manus — это «рука». Если совсем просто, акупрессура. Это движение пальцев, то есть воздействие пальцами рук. Я через точки и зоны воздействую руками и ладонями на внутренние органы, происходят изменения в плане физиологии, происходят гормонально-ферментативные изменения — везде. Плюс тонкая работа с сознанием, для того чтобы подключить голову к организму. Мы вмешиваемся в организм — мягко, но вмешиваемся. И еще очень важно, чтобы мы работали 50 на 50, чтобы мы работали с пациентом вместе.

Что это значит — работали вместе?

Нужно, чтобы человек понимал, чувствовал и говорил, что с ним происходит. Потому что наш путь — это путь не насилия, а преодоления. Поэтому надо понимать, зачем ты приходишь, что ты хочешь. Диапазон работы большой, очень широкий: у меня и беременные, и женщины после родов, и дети от 5 до 19 лет, и дети с нарушением осанки, с нарушением жирового обмена, дети-аутисты. И мой любимый возраст — мужчины и женщины 40–85.

Давайте еще про физиологические эффекты, которые вызывает ваше воздействие на пациента. Какие они, что происходит с телом?

Когда мы начинаем работать, первые несколько дней происходят определенные изменения. По-другому работает мочевыводящая система, желудочно-кишечный тракт, человек по-другому спит — по фазам засыпания, глубокого сна и пробуждения. Это полная расшлаковка организма, и человек понимает, что это такое. Это не жаргонное слово — «расшлаковка», это по-настоящему. А что такое сон? Это работа нервной системы. То есть мы потихоньку начинаем организм приводить в то положение, в котором он не был давно.

И разумеется, обязательно изменение структуры питания. Это не диета ни в коем случае. Мне пишут список: что в любые три дня ели, пили, и сами удивляются, что написали. И мы начинаем спокойно говорить: общий объем жидкости на сутки, что вы ели, пили и так далее. И я привожу этих людей в систему, то есть они живут в системе питания, жизнеобеспечения организма. И они понимают: если желудок может переварить единовременно 330 мл (банка колы), человек не может съесть полтора килограмма. Вернее, он может съесть, но просто тогда это будет процесс гниения в желудке.

Что касается тела, это очень податливый материал, пластилин, и в умелых руках его можно «перелепить» как угодно. Но только под воздействием изменения внутреннего состояния органов. Не просто так.

© пресс-служба

Вы изначально врач европейской медицины. Вам диплом доктора помогает в работе?

Да, я классический доктор, в прошлом хирург и гинеколог. И конечно, эти знания мне помогают. Второе мое образование — это врач восстановительной медицины с элементами традиционной и нетрадиционной медицины.

Чтобы успешно работать в нетрадиционной медицине, вообще иметь право работать с людьми, обязателен ли базис в виде традиционного образования врача?

Медицинское образование обязательно. Вот я, допустим, беру учеников только с медицинским образованием, средним (медучилище) или высшим. Потому что иначе мне надо сначала объяснять принципы медицины, это называется «занимательная физиология», «занимательная анатомия». У меня желающих обучиться без медицинского образования очень много, но я говорю: «Ребята, послушайте, это будет целительство, это другое. Это неправильно».

Верите ли вы в успешный союз официальной медицины и альтернативной, есть ли у них шанс однажды подружиться? Под альтернативной медициной имеются в виду адекватные методы лечения, а не целители и экстрасенсы.

Союз возможен, конечно. Только обе стороны должны обязательно пойти навстречу друг другу. Это сложно. Я, например, и с этой стороны, и с той стороны подхожу, а когда человек только с одной стороны… Мои приятели, с которыми я учился, которые меня знают, говорят: «Слушай, если бы мы не видели твою работу, мы бы подумали, что такого не бывает… Это удивительно! Но поверить в это я не могу». Дело в том, что это говорит классический врач.

Реакция сторонников доказательной медицины понятна. Эффективность вашей работы напрямую не измерить. Ту же акупрессуру официальная наука не признает — не хватает хорошо контролируемых рандомизированных исследований.

Совершенно верно. В официальной науке речь идет про графики, таблицы, это «покажи», это «сколько было пролечено»…

А есть косвенные признаки, подтверждающие, что метод работает?

Конечно, есть. Вот пришла ко мне женщина, 50 лет, я говорю: «Марья Ивановна, пожалуйста, сходите и сдайте анализ на истинный биологический возраст». Сейчас есть лаборатории такие — анализ волоса, анализ крови из вены. Она идет. Через год по внешнему виду, по внутреннему состоянию и по анализам ей 35. А было 50.

© пресс-служба

В официальной медицине существует запрос на альтернативную? Например, в реабилитологии, в восстановительных практиках?

Иногда ко мне может привести пациента личный доктор — обычный доктор из официальной медицины. Спрашиваю: «Вы меня где нашли?» Он говорит: «Ну что вы, я…» — «Вы же личный доктор». — «Ну и что, я же такого не делаю». Мы часто хорошо общаемся с домашними врачами, они спрашивают: «А дальше что нам делать, если что?» И я все рассказываю.

Или вот врач ЛФК (лечебной физкультуры. — «РБК Стиль»). В Советском Союзе он был прямо необходим, а где сейчас врач ЛФК? А он очень многое может: это и профилактика, и лечение, и так далее. А как они поднимают тяжелых больных? Так вот, ко мне приходят врачи ЛФК, и с ними прекрасно работать, я их могу обучить. У них и рука поставлена, они и массаж умеют делать — в общем, с ними легко.

Собственно, у вас элементы ЛФК тоже присутствуют в методе?

Здесь компиляция, да. Мы называем это йоготерапией, хотя это не совсем так, причем уже давно. Помимо моего воздействия на пациента ему нужны правильные физические нагрузки — раз; правильное дыхание, постановка дыхания — два; правильная осанка — три. Мы с моим йоготерапевтом меняем походку пациента, а, к примеру, во время беременности меняем форму тела у беременных. Понятно, что женщина должна питаться правильно, чтобы не набрать 30 кг. И естественно, после родов очень быстро приводим ее в правильную кондицию, в хорошую форму.

Что происходит у человека в голове при работе с вами?

А здесь очень важный момент, чтобы человек, как я уже говорил, вместе со мной работал, чтобы понимал, что происходит. Простой пример. Если ему голова говорит, что он полчаса назад поел, он связывает это с желудком — желудок полон, — и не ест. Если он не слышит то, что ему говорит сознание, он будет есть через 20 минут. Поэтому здесь, я считаю, это основополагающая вещь — обязательно понимать, что происходит.

С вашими пациентами иногда работает психолог. Какая у него задача?

Когда мы работаем с организмом, то работаем с сознанием, с телом физически, и нужна психологическая перенастройка того организма, который мы меняем. Мягкая, спокойная — не копание в голове. И как раз этим и занимается у меня психолог. При этом я еще и сам работаю всегда психологически через тело. Кто-то считает, что я просто болтаю с пациентом. Это не так. Это часть работы. И я говорю: «А с моей болтовней мы с вами сдвинулись — раз, два, три. Понятно?»

Если вы не будете «болтать», эффекта не будет?

Будет эффект, но психологически ничего не будет.

© пресс-служба

Голова не подружится с телом?

Именно. Человек должен сказать, что происходит. Ведь у нас же люди молчат, они говорят о чем угодно, но только не о себе. Человек не может сказать, что происходит у него в организме. «Расскажите!» — «А что, я за собой смотрю, что ли?» Я говорю: «Значит, так. Если вы думаете, что вы вашу проблемку отдали мне и я с ней мучаюсь — нет. Проблема ваша, я вам помогаю». А приходят люди, которые проблему отдают мне и со стороны смотрят, как я мучаюсь вместе со своей командой. Но результат есть, когда у человека глаз горит, тогда и другое тело, другая кожа — это невероятно.

И еще, это просто интересно. Когда работаешь с мужчиной или с женщиной в климактерическом периоде, происходит переключение на другие гормональные органы. На женщинах легче объяснить: эти органы заменяют угасшую яичниковую функцию. Это не значит, что менструации придут, нет, это значит, что никакого остеопороза, это значит, что эластичность кожи как в 30, что все слизистые увлажнены и либидо сохранено как в 25. И мы уходим от гормональной заместительной терапии, что у мужчин, что у женщин. Это не супер? Супер! Я к тому, что это как критерий молодости.

Один из способов соединения тела и сознания — медитация. Вы верите в пользу медитации?

Китаец, который меня учил, сказал: «Только легкая медитация, глубокой никогда не занимайся, потому что ты не знаешь, каким ты выйдешь из нее». Вот у меня есть пациентки, которые занимаются глубокой медитацией, я даже в это не влезаю и не хочу свое мнение говорить. Я могу только сказать: «Вы, надеюсь, с мастером занимаетесь?» Потому что это очень непростая история.

Какой основной запрос у сегодняшнего вашего пациента, с чем приходят вообще?

Здесь надо разграничить мужчин и женщин. Если приходит мужчина, у него единственный запрос: он хочет жить долго, с высоким качеством жизни, с достаточно мощной внутренней энергией. Мужчина приходит и говорит: «Доктор, у меня все хорошо, но я не могу: я засыпаю — у меня нет сил, я просыпаюсь — у меня нет сил. Я не болен. Я не знаю, что мне делать дальше». И мы начинаем работать. Это люди бизнеса, люди политики и так далее, очень загруженные. Сейчас, кстати, мужской состав омолодился, с 30 лет ко мне приходят. Я говорю: «А что такой спортивный, молодой пришел?» — «Я хочу задержать процесс старения надолго».

А женщины?

А женщины приходят за счастьем: «Я хочу быть молодой, я хочу быть здоровой, я хочу быть востребованной как женщина и как личность, я хочу, чтобы меня любили и чтобы я любила». То есть все. Но организм в полном раздрае, мы его должны собрать и подключить к голове. А потом все очень просто: здесь работа со страхами, и у мужчин один страх — это страх смерти, а у женщины два страха — это страх тотального одиночества и страх увидеть себя в зеркале старой.

Вообще, ваша аудитория — это притча во языцех. Часто вас называют «форбсовский доктор», «татлеровский доктор», потому что к вам идут крупные бизнесмены, политики, звезды, сильные мира сего. Говорят даже, что иногда перекрывают улицы рядом с вашим офисом, когда приезжает важный пациент. В чем особенность работы с такой публикой?

Сложность в том, что ко мне приходят, скажем так, в запущенной ситуации по всем моментам, не потому что они собой не занимались. Они объездили весь мир, но не получили ничего и морально очень устали. Ухоженный человек, да, но ему все равно 60, он работает… Они такие же люди, как мы с вами — два глаза, две руки, — только проблем у них намного больше и намного закрученнее. Но я всегда говорю: «Готовы к тому, что я помогу? Да? Давайте вместе!» Вот как режиссер с актером — режиссер ставит задачу, а актер говорит: «Я буду делать все, что вы мне скажете». И тогда все получается. Скептицизм надо убрать. Но самое парадоксальное, что у тех людей, которые приходят уже восторженные, очень быстро этот восторг переходит в совершенно другое чувство, а вот с теми, которые приходят со здоровым скептицизмом, мы работаем годами.

Вас можно назвать семейным доктором?

Конечно, да. И у меня есть семьи, кланы, которые ходят ко мне: там папа, мама, дети и даже внуки.

Вы верите в создание универсальной «таблетки молодости»?

Я верю в то, что можно существенно продлить жизнь человека и ее качество. В то, что мы можем жить намного дольше, чем сейчас. Скажем, не 60–70–80 лет, а 120–130. Вот мой метод направлен на то, чтобы дать возможность человеку жить дольше и качественнее. При этом важно, чтобы он этого захотел — захотел пройти этот путь. А просто выпить таблетку или эликсир, став вечно молодым и здоровым, — увы, такого никогда не будет.

elkinmethod.ru

#стильпромо